Виктория Животнева побеседовала cо швейцарским фотографом и кинорежиссером об Энди Уорхоле, непередаваемой атмосфере Нью-Йорка 70-х — 80-х и об эмоциональной связи между художником и его моделями.

В 1975 г. Эдо Бертольо (Edo Bertoglio) получил диплом Conservatoire Libre du Cinema Francais в Париже в области кинорежиссуры и монтажа. В 1976 г. он переехал в Нью-Йорк, где в качестве фотографа работал с итальянским Vogue, основанным Энди Уорхолом журналом Interview и другими изданиями. В конце 70х – начале 80х годов он оказался вовлечен в музыкальную и художественную среду. В это время он был женат на дизайнере Мариполь (Maripol). Свой опыт в области фотографии и знание рок-музыки он использовал при создании обложек для пластинок по заказам Atlantic, Arista и Warner Brothers Records. Кроме того, он сотрудничал с ночным контркультурным ток-шоу Гленна О’Брайена TV Party.

Бертольо является режиссером фильма «Ритм большого города» («New York Beat»), позже получившего название «Downtown 81», в котором молодой графитчик и будущий художник Жан-Мишель Баския сыграл главную роль, задуманную О’Брайеном как отражение его реальной жизни.

В 1990 г. Бертольо вернулся из Нью-Йорка в свой родной город Лугано, где сейчас и живет, занимаясь производством рекламных роликов и программ для швейцарского телевидения.

Эдо Бертольо, интервью журналу Bleek Magazine

Эдо Бертольо, Нью-Йорк, 1976 г.

Bleek Magazine: Г-н Бертольо, сфера Вашей творческой деятельности очень широка. Вы изучали кинематографию в Париже и сняли несколько фильмов (включая культовый «Downtown 81»), как фотограф Вы сотрудничали с итальянским Vogue и журналом Interview. Теперь, по прошествии времени, можете рассказать, как эти две Ваши страсти друг с другом уживаются?

Эдо Бертольо: Если взглянуть на мою карьеру и на мою жизнь, можно сказать, что эти две страсти уживаются, потому что сходятся в одной точке, и это хорошо видно по «Polaroid book». Все это было своего рода хроникой, документацией того, что я видел и чем жил. Например, мой первый фильм «Downtown 81» задумывался как демонстрация нью-йоркской жизни конца 70х – начала 80х годов. И честно говоря, в основе идеи лежала, в основном, окружавшая нас музыка. Предлагая Жану-Мишелю Баския сняться в фильме, мы не предполагали, что он станет знаменитостью в мире искусства.  Во время учебы в Париже я фотографировал людей на вернисажах, арт-шоу и на улицах. Собранное таким образом портфолио попало к главному редактору журнала Interview, и он сказал: «Давайте покажем это Уорхолу, Энди…». Мы пошли в соседнюю комнату, а там он. Он открыл мою книгу и все повторял: «Сказочно, сказочно…». Мое сердце стучало, я думал, он только мои снимки считает сказочными, но на самом деле, для него почти все было сказочным, он был очень необычным человеком.

Так я начал снимать музыкальные группы, а Гленн О’Брайен писал о них в музыкальной колонке журнала Interview.

Так что через мою жизнь проходят 2 красные нити: создание фильмов и фотография как его документация. Мой второй фильм «Face addict», вышедший в 2005 г., о том, как я возвращаюсь в Нью-Йорк 25 лет спустя, чтобы увидеть, что стало с тем сообществом, которое я так хорошо знал.

Эдо Бертольо, интервью журналу Bleek Magazine

Warhol, Studio 54, 1978

Bleek Magazine: Итак, в основном Вы занимались документальной фотографией?

Эдо Бертольо: На самом деле, она оказалась документальной. Я снимал саму эпоху, всю ситуацию целиком.

Мне очень повезло жить в Нью-Йорке с 1976 по 1990 гг.. Город был переполнен возможностями, художник мог позволить себе жить в Ист-Виллидже или в Сохо, арендная плата была очень низкой.

Эдо Бертольо, интервью журналу Bleek Magazine

Madonna, 1983

Bleek Magazine: Здесь, в Лугано, прошла Ваша выставка «New York Polaroids», где можно было увидеть портреты культовых персонажей вроде Мадонны и Энди Уорхола. О чем они?

Эдо Бертольо: Разумеется, Уорхол уже был звездой. Его можно было увидеть везде: на дискотеке (в знаменитой «Studio 54») или в маленьком музыкальном клубе вроде «CBGB» в Ист-Виллидже. Он был очень любопытным человеком, и выйти посмотреть, что может предложить город, было для него одним из источников вдохновения. Мой снимок, где он изображен с камерой Polaroid Big Shot, можно назвать лейтмотивом того времени.

Мне также посчастливилось увидеть, как начинали свои карьеры многие звезды: Мадонна (я фотографировал ее в ноябре 1983 г.), Дебби Харри (Blondie) в 1977 г. и многие другие музыканты и художники. В каком-то смысле мы выросли вместе.

Несколько месяцев назад, когда мы с Марко Антонетто (владельцем Photographica Fine Art Gallery) открыли мою коробку с полароидами, я осознал, что владею настоящим сокровищем. Теперь я хочу обратиться к собственному архиву, ведь там так много снимков, которых я не видел с момента их создания, и которые позже, вероятно, будут опубликованы еще в одной книге…

Эдо Бертольо, интервью журналу Bleek Magazine

Warhol, Polaroid Big Shot, 1978

Bleek Magazine: Выставленные фотографии напечатаны в большем формате, чем полароидные оригиналы, но в совершенно таком же узнаваемом белом паспарту. Это идея куратора?

Эдо Бертольо: Это была идея г-на Антонетто. Мне она понравилась, потому у меня были отсканированные изображения, и я был потрясен, обнаружив, что в большем размере они сохранили свою сущность, продолжая выглядеть полароидами, уже ими не являясь.

Эдо Бертольо, интервью журналу Bleek Magazine

Debbie Harry, 1979

Bleek Magazine: Живя в Нью-Йорке, Вы были окружены настоящими и будущими знаменитостями, выдающимися и талантливыми людьми. Как это повлияло на Ваше творчество?

Эдо Бертольо: Это очень сложный вопрос. Вы знаете, я часто руководствуюсь интуицией, что-то толкает меня на те или иные поступки… Я одержим лицами, я могу «влюбиться» в лицо, увиденное на улице, его структуру, в губы, в глаза как его душу – все эти детали будто разговаривают со мной.

Тогда Нью-Йорк был для меня огромным каталогом лиц, некоторые из которых были или стали знамениты.

Эдо Бертольо, интервью журналу Bleek Magazine

Basquiat’s Head, 1980

Bleek Magazine: Какой Ваш снимок самый любимый?

Эдо Бертольо: Я люблю каждый их них. По-моему, я лучше всех (смеется). Я вижу много работ других художников, они захватывают меня, но каждый раз, возвращаясь к своим снимкам, я испытываю прилив эмоций, потому что это не просто картинки, это моя жизнь с ее хорошими и дурными моментами, с потерями друзей и людей, которых я так хорошо знал, умерших от наркотиков или от СПИДа.

Эдо Бертольо, интервью журналу Bleek Magazine

Patti Astor, 1981

Bleek Magazine: То есть, по большей части, это были близкие Вам люди, которых Вы фотографировали?

Эдо Бертольо: Здесь речь скорее об эмоциональной связи со многими из них, которую я не всегда могу объяснить. Я эмоциональный, возможно, чувствительный и очень поверхностный (улыбается).

Bleek Magazine: Как правило, фотограф не может достичь определенного результата, не проделав большой работы по отбору.

Эдо Бертольо: Вы правы, отбор – это, в самом деле, важнейшая часть работы фотографа, это важно понимать. Прежде чем сказать «да, вот оно», иногда приходится сделать сотни снимков. Мне нравится взаимодействие до и после съемки. Я влюблен в моих героев. Разумеется, это не та любовь, которую я испытываю к своей жене. Моя жена научила меня понимать, что такое спокойствие, и что значит быть в мире с самим собой…

Эдо Бертольо, интервью журналу Bleek Magazine

Coney Island, 1980

Bleek Magazine: Ваша последняя выставка – это ретроспективная серия полароидов. Если говорить о цифровой и аналоговой фотографии, что Вы предпочтете?

Эдо Бертольо: 90% моих фотографий аналоговые. С тех пор, как мне исполнилось 15, пленка всегда присутствовала в моей жизни. Я начал фотографировать, когда посмотрел фильм «Фотоувеличение» Микеланджело Антониони. Он меня захватил. Многие представители моего поколения захотели стать фотографами просто потому, что посмотрели этот фильм… Разумеется, я должен поддаться современности. Отказываться от цифровой фотографии из-за ее природы было бы безумием. Неважно, как вы это делаете: в пленочной фотографии есть своя душа, в черно-белой – своя, и в цифровой, и в полароидной тоже. Пять лет назад я спросил себя, не хотел бы я перейти на цифровую камеру. Поначалу мне казалось, что я совершаю предательство, но это смешно, мне просто потребовалось время. Это как перевернуть страницу собственной жизни.

Но я убежден, что если фотография не напечатана, ее не существует (или не будет существовать в будущем)!

Компания Polaroid больше не производит пленку, но это делает Impossible Project, и среди молодых людей она пользуется спросом, мы наблюдаем возрождение полароидной фотографии. В каком-то смысле аналоговая фотография по-прежнему вокруг нас!

Эдо Бертольо, интервью журналу Bleek Magazine

Susan Springfield & Debbie Harry, 1977

Bleek Magazine: Это как читать бумажные книги, а в какой-то момент перейти на цифровое устройство?

Эдо Бертольо: Да. Но книги я по-прежнему предпочитаю бумажные. Покупая новую книгу, первое, что я делаю – вдыхаю ее запах. Мне нравится запах бумаги. К тому же им не нужны батарейки или зарядные устройства (смеется). Мы живем в цифровом мире, но у меня до сих пор нет ни интернет-сайта, ни странички на фейсбуке или в твиттере – это все не для меня.

Я печатаю и делаю выставки и публикации.

Эдо Бертольо, интервью журналу Bleek Magazine

Plastics, Interview, 1980

Bleek Magazine: У Вас большой архив фотографий, сделанных 20-30 лет назад. Чему будет посвящена следующая выставка?

Эдо Бертольо: У меня есть серия черно-белых фотографий банды мотоциклистов, довольно серьезной. Мне повезло ее снять, потому что я знал одну девочку, стриптизершу, ее парень был у них главным, а потом он стал президентом Нью-Йоркского чаптера Hells Angels. Я фотографировал его и его друзей на следующий день после большого наводнения в Квинсе, так что они были заняты вытаскиванием своих мотоциклов из воды. Это будет выборка из 22 или 23 работ, отпечатанных в формате 60*60 см. Я испытываю страсть к мотоциклам с 18 лет и, определенно, хочу устроить эту выставку.

Эдо Бертольо, интервью журналу Bleek Magazine

Maripol, 1977

Bleek Magazine: Есть ли какой-то проект, который Вы хотели бы реализовать, но Вам не хватает времени?

Эдо Бертольо: У меня в голове масса проектов, которые я не реализую. Это часть творческого подхода к жизни. Иногда наличие у тебя проекта вовсе не означает, что он будет реализован. Делая отбор, ты можешь вдруг обнаружить, что недостаточно потрудился или проект не согласуется и не работает, и ты просто отпускаешь его. Иногда ты его отпускаешь, даже не начав.

Эдо Бертольо, интервью журналу Bleek Magazine

Madonna & Debi, NY, 1983

Bleek Magazine: Что бы Вы посоветовали молодым художникам?

Эдо Бертольо: Мне кажется, сегодняшние молодые художники сами знают, что делать. Я говорю так, потому что я, в каком-то смысле, устарел. Оглядываясь назад, я понимаю, что мир очень изменился, теперь повсюду профессионалы.

Тогда, в том Нью-Йорке, который я знал, между работой и весельем не было никакой разницы. Мы не думали о том, чтобы заработать большие деньги, а сама идея славы была чем-то вроде игры.

Я чувствую, что мне нечего им сказать, кроме двух вещей: горите страстью к тому, что вы делаете, и поднимайтесь, выходите, путешествуйте, исследуйте наш мир.

© Bleek Magazine. Все изображения: Эдо Бертольо. Беседу вела: Виктория Животнева.

Перевод: Дарья Кузнецова.

Приобрести книгу «New York Polaroids» можно на сайте издательства Yardpress.

Send this to a friend