Эстет и экспериментатор Владимир Глынин проделал путь от изысканных и очень «живописных» изображений балерин, до острых и динамичных, почти конструктивистских фотографических серий

Конструктивизм – советское авангардистское направление в изобразительном искусстве 20-x г. ХХ в., архитектуре, фотографии, одежде. Фотограф Владимир Глынин снял свой проект «Реконструктивизм» (2011г.), апеллируя к известному стилю. Приставка «ре», как известно из грамматики русского языка, означает либо «повторное, возобновляемое, воспроизводимое действие», либо «действие, противоположное тому, что выражено основной частью слова».

«Противодействовать» конструктивизму не имеет смысла. Это наше признаное великое наследие. Остается воспроизведение, а значит снова постмодернистский трюк, вполне, надо сказать, изысканный. Безусловно, авангард, как и иконопись, сегодня превратились в «экспортные русские» искусства. Поработать с этими образцовыми моделями всегда соблазнительно, но получается не у всех. У Глынина получилось вполне артистично. Его «личная тема» – танец. «Чайка» – балетный спектакль 2002 г., в хореографии американца Джона Ноймаера, адаптировавшего известную чеховскую пьесу для балетной сцены. Аркадина и Заречная превратились в балерин, а Тригорин и Треплев стали создавать танцы, первый – традиционной, другой – новаторской. Костя Треплев ставит пьесу «Душа Чайки». Ноймайер сочинил свой балет на музыку Шостаковича с использованием произведений Чайковского, Скрябина, а для экспериментов Треплева выбрал ударную музыку американки Ивлин Гленни. «Душа Чайки» – «конструктивистский» танец в костюмах, напоминающих «прозодежду» Л. Поповой, А. Родченко, В. Степановой. Глынин использовал эти костюмы для своего проекта.

Футуризм, супрематизм, кубизм, и другие новаторские течения 1910-х годов оказали огромное влияние на становление конструктивизма, однако социально обусловленной основой было именно «производственное искусство» с его непосредственным обращением к современным советским реалиям эпохи первых пятилеток. Приметой модернистской эстетики стало использование «русского красного» как доминантного, «красивого» и «революционного», одновременно. «Душа Чайки», вероятно, напомнит просвещенному зрителю о советском кинетическом искусстве и группе «Движение», появившейся в 60-х. Во многом кинетическое искусство реконструировало начинания конструктивистов, супрематизма Малевича.

Тема «движения», между тем, сопряжена и с пластическими поисками фотографии 1920-х годов. Члены фото-кабинета, созданного Государственной Академией художественных наук, Юрий Еремин, Николай Свищов-Паола, Алексей Сидоров, Александр Гринберг именно тогда начали большой проект – «Искусство движения». Итогом их многолетней работы стали четыре одноимённые выставки. В то время фотографы через объектив камеры попытался исследовать пластику и законы танца, раскрыть на двухмерной плоскости моментального снимка сложную динамику, создать образ движения. «Лебединое озеро», «Балерины», «Балеты» Глынина – циклы фотографий на тему классического балета, где ещё осталось место пространственной динамике. Танцовщики из «Реконструктивизма» статичны, «рединамичны», в отрицательном значении приставки. Комбинации фигур более походят на декоративный орнамент. Сплетение тел, выстраивающих пластические композиции, замысловато, но всегда логично. Объёмы едва уловимы, изображения напоминает цветные силуэты, создающие декорацию или даже плакат, язык которого сух и конкретен. Фотограф практически умертвил плоть, сделав тела невесомыми, неэротичными, почти неживыми. Белёсое тело на белой бумаге впервые прозвучало на снимках Polaroid итальянского фотографа моды Паоло Роверси (1980 г.). Но технический прием не столь важен для Глынина.

Эстет и экспериментатор Владимир Глынин проделал путь от изысканных и очень «живописных» изображений балерин, до острых и динамичных, почти конструктивистских фотографических серий. Виртуозно владея различными методами печати, приближающими фотографию к графической технике, он приходит к выводу, что художественная фотография может быть выразительной и без применения специальных, сложных световых ухищрений, декораций, обработок. Его рафинированные ритмические контрастные построения далеки от советских реалий конструктивизма – доходчивой наглядности, призванной воспитывать, агитировать, учить или, наоборот, смело использующей острый ракурс, отдавая предпочтение особой «эпохальной» динамике. Фронтальные композиции Глынина тяготеют к несложной графической структуре, насыщенной ритмическими повторами, порой неожиданными столкновениями яркого с мягким созвучием красок, оттенков и линий.

Реконструкция как способ авторского высказывания стала привычной в современном художественном пространстве, фотографическом тем более, т. к. фотография по своей природе реконструирует память. «Реконструктивизм» реконструировал великое наследие прошлого. Двойное отрицание всегда приобретает значение подтверждения. Следовательно, поиск не напрасен!

005

052

051

047

046

044

043

040

039

036

032

030

027

026

024

023

022

021

020

019

017

016

011

010

© Bleek Magazine, Текст: Ольга Аверьянова, заведующая отделом искусства фотографии ГМИИ имени А. С. Пушкина. Изображения: Владимир Глынин.

Send this to a friend