Откровения ребенка выдающихся родителей всегда вызывают интерес поклонников их талантов. Однако дать однозначный ответ на вопрос: «Каково это – быть отпрыском Мастера?» – вряд ли возможно. Ведь каждый одаренный человек представляет собой целый мир со своими секретами воспитания и своим пониманием роли родителя. Специально для «Bleek Magazine» арт-критик Ольга Бубич пообщалась с Александрой Пинхасовой, расспросив ее о том, что значит быть дочерью легендарного фотографа, единственного русского в агентстве «Magnum», человека, каждый снимок которого – каллиграфический росчерк света.

Александра Пинхасова

Александра Пинхасова. Фото © Дмитрий Шейман

С Георгием мне самой довелось пообщаться в 2014 году во время его визита в Минск. Тогда в темноте лекционного зала «Studio67» мне, убаюканной саундтреком к фотографиям заветного брессоновского момента – его бархатным голосом с непривычной французской интонацией, фотограф показался мудрым джинном. Он будто бы был везде и везде видел чудо. Чудо, которое в фотографию смог превратить только он. Советов по съемке Георгий не давал, о технике не говорил: действительно, чтобы научиться снимать как сам Пинхасов, нужно было освоить особый чувственный, духовный язык, научиться замечать красоту, видеть жизнь.

Еще во время той минской лекции Георгий показал и фотографии, сделанные дочерью Александрой, которая часто сопровождает мастера на мастер-классах и лекциях по всему миру. По композиции и зоркости ловушек на мгновения работы напоминали его собственные, но вместе с тем ощущался и авторский глаз: как дерзость, так и чувственность визуальных метафор, необычность углов съемки с россыпями сюрреалистических аллюзий. Тогда я не знала, что практически в то же время, два года спустя, через тот же скайп на разбитом путешественнике-ноутбуке, работая над интервью, я буду общаться уже не с Георгием, а с Александрой Пинхасовой. 

Первое, на что обращаешь внимание, это темп речи, та же плавность рассказа – она у Георгия и Александры похожа. Зимой 2014 года по скайпу с Пинхасовым-старшим мы общались несколько суток подряд. Это был медленный марафон историй – воспоминаний и размышлений о фотографии, которыми Георгий делился со мной, гуляя по парижским улицам, во время перерывов на кофе в шумных барах или стерильной тишине своего дома. Казалось, что в его речи смыслом были наполнены даже паузы – нужные островки, необходимые слушающему для осмысления сказанного. Александра в своих воспоминаниях об отце также звучит неспешно и плавно, в паузах для подбора слов невидимым переливом аккомпанируют касающиеся друг друга восточные украшения.

Александра Пинхасова

© Александра Пинхасова

Саша Пинхасова признается, что отец никогда не навязывал ей выбор творческой профессии, понимание и взаимная любовь к искусству пришли к ней естественным образом, сами по себе, как друзья детства, с которыми всегда чувствуешь себя услышанным. Мир рисунков, мир живописи Рустама Хамдамова, которой у Пинхасовых очень много дома, мир альбомов с работами художников и книг о фотографии окружал ее естественным уютным коконом. «Искусство было тем, что я действительно понимаю. Тем, что мне нравится», – суммирует Александра.

«Папа никогда напрямую не говорил, что мне нужно заниматься искусством. Более того, мой брат, который с отцом общался еще больше,  нашел себя в экономике. Папа живет как бы сам по себе, он поддерживает любой наш выбор.

Вклад папы в том, что он заразил меня музеями! И слава Богу! Помню, что куда бы мы ни приезжали с ним на каникулы, он всегда заходил в музеи. Бывало, что даже не в один, а в два или три за день. Я была маленькая, особо самостоятельных решений принимать не могла, поэтому просто следовала за ним, жила его привычками. В какой-то момент пришло и понимание, что в искусстве таится что-то интересное, свой секрет, что все эти выставки – не просто так. С новыми чувствами посещать музеи и галереи становилось все интереснее. А потом я узнала, что мой папа – фотограф…» – вспоминает Саша.

Девушка помнит и переломный момент осознания магии искусства, который она пережила в подростковом возрасте – конечно же, во время посещения очередного музея вместе с отцом:

«Однажды мы отправились с папой в музей, на выставку, кажется, Караваджо. Там нам встретился папин друг Игорь Битман. Взрослые принялись рассуждать об искусстве, а я стояла и слушала их краем уха. Среди прочего они комментировали и композиции окружающих нас картин, и кто-то из них отметил, что на живописную работу нужно смотреть со всех сторон, как бы поворачивая ее в разные стороны – именно тогда можно ощутить напряжение композиции. Услышав это, я отошла от полотна и принялась рассматривать его с разных углов. Меня озарило! Так и есть, что-то на самом деле начало происходить, взрослые говорят правду.

Тогда мне было лет 14-15, и радость от того, что я смогла уловить, увидеть тонкости, о которых рассуждают взрослые, придала мне сил и уверенности в том, что искусство – это мое!»

Александра выбрала искусство как занятие, с которым она собирается связать свою жизнь. И первые шаги в будущей профессии девушка уже, определенно, сделала. В ее фотографическом портфолио – зарисовки уличных будней французской столицы, опубликованные в парижском журнале «M», репортаж о неделе моды в Москве для «Vogue» и съемки Изабель Юппер в театре Одеон. Тем не менее Александра отмечает, что пока еще находится в поиске подходящего инструмента для передачи ее видения мира, фотография – всего лишь одна из массы возможностей.

Александра Пинхасова

© Александра Пинхасова

«Сейчас я учусь в Лондонском колледже коммуникации (London College of Communication) при Университете искусств. Когда я жила в Париже, я занималась графическим дизайном, и мне показалось, что будет интересно попробовать интерактивный дизайн, изучить технику взаимодействий», – рассказывает Александра.

«В Лондоне художественная жизнь очень насыщенная. Здесь есть все. Город – интернациональный по своей природе, и кажется, что каждый человек привносит сюда что-то свое. Однако это вовсе не значит, что результаты умений каждого художника или фотографа будут интересны другим. Англичане очень хорошо разбираются в бизнесе, они отличные коммерсанты. И это качество проявляется и в подходе к искусству: за очень простыми, даже банальными работами, которые сегодня у всех на слуху, крутятся большие деньги. А вот удастся ли такому искусству пройти проверку временем — большой вопрос.

В Лондоне ежегодно проходит море фестивалей, открываются выставки, но часто они вызывают у зрителей лишь скуку. Всегда чувствуется, когда мероприятие проводят ради денег, а не ради наслаждения искусством. Мне самой близка живопись и фотография, которая как бы длится во времени. Я имею в виду, что это произведения, которые можно долго рассматривать, возвращаясь к ним снова и снова. Может пройти десять или больше лет, а чувства, которые испытываешь от их созерцания, остаются такими же сильными. В фотографии для меня это, конечно, Анри Картье-Брессон. И еще Сол Лейтер».

Александра считает, что известность отца не помогала и не мешала ей. Скорее то, чем занимается Георгий, предоставило его дочери, увлеченной искусством, ряд возможностей, которых обычные люди могут быть лишены. И это далеко не только знакомство с красотами разных стран мира, где фотограф проводит свои знаменитые мастер-классы любви к красоте жизни. Несомненным бонусом является и возможность общаться с огромным количеством людей – учеников «пинхасовцев», людей, которые любят и понимают стиль фотографии единственного русского в «Магнуме».

«Во всех мастер-классах есть что-то свое, и этим они интересны, – рассказывает Саша. – То, что больше всего нравится лично мне, это наблюдать за тем, как разные люди по-разному понимают фотографию, как они относятся к визуальному искусству, насколько быстро они понимают, как это делать. То есть то, насколько разные люди с разными профессиями: бизнесмены, журналисты или безработные – любые, у кого просто другая жизнь, другое прошлое, понимают то, что мы им говорим. И всегда интересно узнать, каким же окажется результат их видения, их работы. 

У папы своя философия, как и у каждого человека. Именно ее он представляет во время своих встреч с учениками. Но он по природе очень творческий человек, поэтому каждый мастер-класс проходит по-разному, у папы всегда новые мысли. Иногда он даже сам им удивляется, так как на лекциях не особо контролирует поток размышлений. Более того, на каждом мастер-классе люди задают разные вопросы, которые тоже заставляют его задуматься по-новому даже о вещах, на первый взгляд, привычных».

Александра Пинхасова

© Александра Пинхасова

Особенности каждого мастер-класса Георгия Пинхасова, по мнению его дочери, зависят не от визуального богатства или культурных особенностей места, в котором он проходит. Хотя, признаться, и в них, определенно, есть доля шарма. Япония, французские замки, греческие острова или центр Парижа… Тем не менее центр любого занятия – это люди. Французы, японцы, американцы, русские – всех их объединяет любовь к творчеству мастера, но к экспериментам с реальностью они могут быть готовы по-разному.

Александра вспоминает поездки, в которых она сопровождала отца в качестве его ассистентки:

«На мастер-классы приезжают люди самых разных национальностей. Кто-то может оказаться открытым и обладать художественной жилкой. Такие ученики довольно быстро понимают философию отца, но это не факт, что у них будут самые лучшие фотографии. Встречаются и полные индивидуальности, очень мечтательные люди, которые всегда все делают как хотят, и наша задача заключается скорее в том, чтобы курировать их работу. Помогать выбрать из отснятого ими самое неожиданное, самое свободное.

Есть еще и очень логичные люди, они всегда хотят понять умом, что и как делать в фотографии. Такие технари. Они сначала будут долго думать, задавать вопросы, записывать теории. Пройдет немало времени, прежде чем они поймут, что фотографию нужно почувствовать. Нужно просто фотографировать, а не рассуждать о фотографии. Именно в этом секрет».

На мой вопрос о самом запомнившемся совете отца Александра вздыхает: «О, интересных советов всегда было очень много!» Задумавшись на секунду, она все же останавливается на одном:

«Вот один очень хороший совет: фотография бесконечна, потому что она зависит от жизни. Куда бы ты ни пошел, везде можно «увидеть» свою фотографию. И получается, что фотографировать ты можешь на протяжении всей жизни. Наши снимки – доказательство того, как по-разному мы видим этот мир. Конечно, есть какой-то стиль, привычки, которые могут ограничивать, но камера всегда под рукой, и всегда можно экспериментировать.

Эта папина мысль даже не совет. Это часть его философии. Она может показаться очевидной, но принятие подобной философии дает нам возможность очень многое понять о жизни именно через занятие фотографией. И для этого не нужно быть умным математиком. Нужно просто чувствовать и любить. И экспериментировать, конечно!»

© Bleek Magazine. Текст: Ольга Бубич.

Send this to a friend